Образование ландшафтных архитекторов: от учебных дисциплин к системе компетенций

Слово редакции

Накануне нового учебного года «Экоурбанист» возвращается к разговору о профессиональном образовании и основаниях современной ландшафтной архитектуры. Весной этот разговор начался со статьи Евгения Сапунова «Научная типология растительных сообществ как основа национальной школы ландшафтного дизайна» и получил продолжение в материале Виктора Матасова «Ландшафт как географическое явление: к переопределению профессии экоурбаниста». В центре этого диалога оказались отечественные научные традиции, системное понимание ландшафта и вопрос о том, какие знания должны лежать в основе профессиональной подготовки.

Новый материал Галины Елагиной продолжает этот разговор уже на уровне образовательной системы. Автор рассматривает подготовку ландшафтных архитекторов через призму компетенций и сопоставляет отечественные традиции с рамкой Landscape Institute.

Для редакции здесь важен сам принцип постановки вопроса: каким должен быть специалист на выходе из вуза, какие компетенции действительно необходимы ему в современной практике и как связать сильные стороны лесотехнической, архитектурной и географической школ в целостный профессиональный профиль.

Для «Экоурбаниста» этот разговор напрямую связан с тем, как мы понимаем саму профессию. Работа с современным городом требует специалиста, способного соединять пространственное, экологическое и социальное мышление, а значит, вопрос о компетенциях неизбежно становится вопросом о будущем профессии.

Эта же логика лежит и в основе образовательных программ Школы «Экоурбанист», где в новом учебном сезоне стартуют очередные потоки курсов по водно-зелёной инфраструктуре и климатической адаптации городской среды. Для нас это ещё один способ продолжать разговор о современных профессиональных компетенциях уже в образовательной практике.

Почему образование ландшафтных архитекторов нужно рассматривать через компетенции

С чего начинается хороший проект? С образования и знаний, которые помогут его реализовать. А с чего начинается хорошее образование? Не с перечня курсов, а с вопроса: каким должен быть выпускник? Какими навыками и компетенциями он должен обладать, какие задачи уметь решать?

Чтобы ответить на эти вопросы, нам придётся честно посмотреть и на собственное прошлое, и на чужие попытки его систематизировать.

Ландшафтный архитектор сегодня – не просто «человек, который рисует парк», а специалист, совмещающий компетенции в климатологии, экологии, урбанистике и социальном проектировании. В России (и шире – в постсоветском пространстве) есть сильное, но фрагментированное наследие подготовки таких специалистов.

Цель статьи – посмотреть на отечественное образование через призму компетенций, используя рамку британского Landscape Institute как инструмент сравнения.

Статья адресована в первую очередь архитекторам, работающим с городской средой и ландшафтом, но не имеющим специализированного географического или лесотехнического образования. Предлагаем рассмотреть отечественную образовательную традицию и рамку компетенций Landscape Institute как два разных способа описания одной сложной профессии.

Как в СССР готовили специалистов по ландшафту: три образовательные традиции

Откуда вообще берётся ландшафтный архитектор в советской и постсоветской системе? 

Современная профессия ландшафтного архитектора в России формировалась на основе нескольких образовательных традиций. В СССР не было единой специальности «ландшафтный архитектор», но существовало несколько параллельных линий подготовки, каждая из которых отвечала за свою часть профессии.

Лесотехническая и садово-парковая традиция

Подготовка специалистов для озеленения городов исторически развивалась прежде всего в системе лесотехнического образования. Ещё в 1931 году было принято решение о создании специальности инженера зелёного строительства. В 1945 году факультет озеленения городов открылся в Ленинградской лесотехнической академии, в 1948-м – в Московском лесотехническом институте. В 1955 году в рамках политики укрупнения специальностей эти факультеты были закрыты, и подготовка специалистов по озеленению городов долгие годы велась в системе лесного хозяйства. В 1988 году Минвуз СССР выделил самостоятельную специальность 31.12 «Лесное и садово-парковое хозяйство» для подготовки инженеров садово-паркового строительства. По сути, это были будущие управленцы зелёным фондом городов с сильной базой в дендрологии, почвоведении, агротехнике и нормативах озеленения, но с ограниченным вниманием к пространственным сценариям, пользовательскому опыту и городским процессам в современном понимании.

Образ выпускника: инженер садово-паркового строительства – специалист эпохи большой стройки, хорошо понимающий живой материал, строительство и эксплуатацию городских зелёных объектов.

Архитектурная традиция

В 1960–1970-е годы в МАрхИ появляются новые кафедры, в том числе кафедра ландшафтной архитектуры, что закрепляет это направление как отдельную специализацию внутри архитектурной школы. Здесь ядром образования были композиция, история архитектуры и градостроительства, архитектурная графика и проектирование, а ландшафт становился полем для архитектурного мышления: сады, парки, лесопарки, рекреационные зоны в структуре города. Эти программы давали хорошую подготовку в области формы и городского контекста, но часто оставляли «за кадром» глубокое понимание природных процессов. Это закономерно: их задача была другой.

Образ выпускника: «архитектор, мыслящий ландшафтом» – сильный в работе с формой и городским контекстом, но с меньшим акцентом на глубоком понимании природных процессов и эксплуатационных стратегий.

Географическая школа и ландшафтоведение

В советской физической географии формируется мощная школа ландшафтоведения: разрабатываются теории морфологии и типологии ландшафтов, методы ландшафтного картографирования, представления о геосистемах и их функционировании. Курс «Ландшафтоведение» включают во многие университетские программы по географии; здесь готовят специалистов, умеющих читать ландшафт как систему процессов, связей и устойчивости. Разработанные теоретическая база и методы картографирования напрямую применялись при выполнении государственных и хозяйственных заказов: для решения прикладных задач землеустройства и оценки сельскохозяйственных угодий, крупномасштабных съёмок для сельского хозяйства, дешифрирования аэрофотосъёмки, исследований влияния осушительных мелиораций на ландшафты и разработки природоохранных мероприятий, ландшафтной индикации загрязнений от промышленных предприятий и др.

Однако эти компетенции были сосредоточены преимущественно на географических факультетах и не всегда напрямую переходили в практику проектирования городской среды. Между тем именно системное понимание территории – процессов, связей, устойчивости и последствий вмешательства – сегодня становится особенно востребованным в работе с климатическими рисками, водой и связностью городских экосистем. Отечественное ландшафтоведение – с его научными школами (московской, ленинградской, воронежской, сибирской) и классическими работами по морфологии, типологии и картографированию ландшафтов – можно рассматривать как один из сильных ресурсов российской профессиональной школы. Этот фундамент позволяет рассматривать территорию как динамическую геосистему, однако его потенциал пока не в полной мере встроен в проектное образование.

Образ выпускника: «исследователь ландшафтных систем», хорошо понимающий, почему ландшафт устроен и функционирует так, а не иначе; при этом проектирование не было ядром такой подготовки.

В результате к концу советского периода складываются три сильные профессиональные традиции: лесотехническая – растения и эксплуатация, архитектурная – пространство и форма, географическая – процессы и системы. Кроме того, к ним добавляется четвёртая – экологическая линия, сформировавшаяся в 1970–1980-е годы как реакция на рост антропогенной нагрузки и осознание масштабов техногенного воздействия на природу. Её ядром стала не столько биологическая экология как наука о взаимодействии организмов со средой, сколько прикладная природоохранная деятельность: охрана природы от загрязнения, оценка воздействия на окружающую среду (ОВОС), инженерные изыскания, экологическая экспертиза и соответствующая нормативно-правовая база. Экологическое проектирование и ОВОС в этот период существовали как отдельный способ мышления – прежде всего как инструменты соблюдения регламентов и контроля уровня воздействия на среду.

Каждая из этих традиций давала фундамент в своей области, но вместе они не складывались в единую прозрачную рамку компетенций, определяющую, что должен знать и уметь специалист на входе в профессию, в середине профессионального пути и на уровне эксперта, как «сшиваются» теория, проектирование и управление. Не было того, что сегодня называют competency framework – рамкой компетенций, общей картой, понятной университетам, профессиональному сообществу и заказчикам.

Современные вызовы: какие компетенции нужны ландшафтному архитектору

Мир стремительно меняется, и прежней мозаики уже недостаточно. Почему?

Остро встаёт необходимость учитывать климатические риски – жару, паводки, ливни, – сохранять биоразнообразие и повышать устойчивость городской среды.

Возникает и социальный запрос: доступные и инклюзивные пространства, участие жителей, работа с конфликтами интересов.

Важна и экономика: ограниченные бюджеты, требования к эффективности, долгосрочное обслуживание.

Наконец, технологии: цифровые инструменты, моделирование и данные, без которых современная практика уже немыслима.

Советские образовательные программы дают важные элементы этого профессионального портрета, а современная практика требует собрать их в более целостную систему.

Главное изменение последних 10–15 лет – городскую среду перестали воспринимать как статичную картинку. Для географа ландшафт – это непрерывный обмен веществом и энергией. Сегодня ливневая канализация может не справляться не из-за неверно рассчитанного диаметра труб, а потому, что почва запечатана, а микрорельеф изменён в масштабе целых кварталов. Советская строительная школа всегда закладывала большой запас прочности: системы рассчитывались на десятилетия, а тополя сажали с расчётом на 60–80 лет. Однако сегодня мы сталкиваемся с тем, что этот ресурс исчерпывается. Многие элементы водно-зелёной инфраструктуры, созданные ещё в советское время, устарели и хуже выполняют свои функции, а к этому добавляется нестабильность климата, которой не было в исходных расчётах. Профессия оказалась перед вызовом, который не сводится к продлению срока службы объектов, а требует пересмотра самого подхода к проектированию в условиях, в которых стабильность перестала быть нормой.

Второй вызов, о котором молчат учебники, – разрыв между СНиПами и реальной экологической обстановкой, между нормами и реальностью. Советские нормы озеленения оперировали процентами от площади квартала, но они ничего не говорят о связности экосистем. Сегодня заказчик спрашивает не «сколько деревьев», а «какой углеродный след мы компенсируем» или «как этот парк повлияет на городской остров тепла». За этим изменением в постановке вопросов стоит смена профессионального мышления, которая вызревала последние 30–40 лет. Прежняя логика была построена вокруг того, как мы воздействуем на природу, какие конструкции возводим и как обеспечиваем их долговечность. Сегодня ей на смену приходит другая логика: что мы получаем от природы, какие экосистемные функции и услуги она нам предоставляет – водоотведение, охлаждение воздуха, очистку воды, сохранение биоразнообразия. Это напрямую связано с глобальной повесткой устойчивого развития (ESG), требованиями к климатической нейтральности и учётом природного капитала в проектных решениях. Прежняя мозаика из четырёх школ – лесотехнической, архитектурной, географической и экологической – давала ответ на вопрос «как сделать», но сегодня требуется отвечать и на другой: «что будет через 30 лет». Это смещает профессию из области эстетики и строительства в область риск-менеджмента и адаптации.

Как устроены современные программы по ландшафтной архитектуре в России

Сегодня подготовка по направлению «Ландшафтная архитектура» ведётся в России по двум основным образовательным стандартам: бакалавриат (код 35.03.10) и магистратура (код 35.04.09). Направление «Ландшафтная архитектура» представлено в десятках российских вузов по всей стране.

Дисциплины, представленные в современных программах, можно разделить на следующие тематические группы:

1. Проектирование и дизайн – блок, который формирует основную профессиональную компетенцию, то есть умение проектировать ландшафтные объекты разного масштаба и сложности:
   • ландшафтное проектирование;
   • проектирование / дизайн малого сада;
   • проектный практикум;
   • макетирование и моделирование в ландшафтной архитектуре;
   • цифровые технологии ландшафтного и архитектурного проектирования;
   • 3D-визуализация ландшафтного проектирования;
   • геодезия.
2. Строительство и инженерия – блок, который учит не только проектировать, но и строить, рассчитывать конструкции и инженерные системы:
   • строительство и содержание объектов ландшафтной архитектуры;
   • строительные технологии в ландшафтной архитектуре;
   • вертикальная планировка объектов ландшафтной архитектуры;
   • инженерно-биологические сооружения;
   • основы реконструкции и реставрации объектов ландшафтной архитектуры.
3. Биолого-экологический фундамент – наследие лесотехнической и аграрной школ, формирующее понимание «живого материала»:
   • ботаника;
   • дендрология;
   • почвоведение;
   • лесоводство / лесоведение;
   • декоративное садоводство и газоноведение;
   • защита растений;
   • дендрометрия и ландшафтная таксация;
   • интродукция декоративных древесных и кустарниковых пород;
   • современный фитодизайн;
   • декоративное растениеводство;
   • агролесомелиорация, защитное лесоразведение и озеленение населённых пунктов, лесные пожары и борьба с ними.
4. Теоретические и методологические основы – блок, который формирует профессиональное мышление, понимание истории, теории и методов работы:
   • теория ландшафтной архитектуры и методология проектирования;
   • история садово-паркового искусства и ландшафтной архитектуры;
   • ландшафтоведение;
   • методика научных исследований в ландшафтной архитектуре;
   • основы проектного исследования;
   • урбоэкология.
5. Градостроительство и урбанистика – блок, который связывает ландшафтную архитектуру с городским планированием:
   • градостроительство с основами архитектуры;
   • анализ градостроительной ситуации;
   • ландшафтный урбанизм;
   • основы градостроительства.
6. Управление, экономика и право – дисциплины, которые готовят к работе в реальных проектах, с бюджетами, заказчиками, нормативами и эксплуатацией:
   • организация и планирование объектов ландшафтной архитектуры;
   • экономика ландшафтного строительства с основами маркетинга;
   • мониторинг и инвентаризация объектов ландшафтной архитектуры;
   • правоведение, градостроительное законодательство и экологическое право;
   • менеджмент, администрирование и маркетинг;
   • деловые коммуникации.

Анализ современных программ по ландшафтной архитектуре позволяет сделать несколько выводов.

Во-первых, блоки 1 и 2 – проектирование и инженерия – присутствуют во всех вузах без исключения и составляют ядро профессии.

Блок 3 – биолого-экологический – наиболее насыщен в лесотехнических и аграрных университетах (СПбГЛТУ – Санкт-Петербургский государственный лесотехнический университет имени С. М. Кирова, ВГЛТУ – Воронежский государственный лесотехнический университет имени Г. Ф. Морозова, РГАУ-МСХА – Российский государственный аграрный университет – МСХА имени К. А. Тимирязева, КГАУ – Курский государственный аграрный университет имени И. И. Иванова и др.), в архитектурных школах он представлен в меньшем объёме. Однако количественное присутствие этих дисциплин не всегда означает их актуальность. Часть из них сохраняется в учебных планах скорее по инерции – как наследие лесотехнической и аграрной школ, в рамках которых специалист готовился к работе с отдельными растениями в питомниках и насаждениях. Например, курс «Защита растений от вредителей и болезней» (или «Фитопатология и энтомология») в лесотехнической традиции имел прямой смысл: будущий инженер должен был уметь диагностировать и лечить растения. Но в подготовке ландшафтного архитектора, чья задача – проектирование устойчивых растительных сообществ и экосистем, акцент смещается с «лечения» на профилактику: подбор ассортимента, устойчивого к местным условиям, и создание условий для естественного биоразнообразия. Аналогично «Агрохимия», дающая понимание минерального питания и применения удобрений, в городской среде уступает место работе с нарушенными техногенными грунтами, управлению плодородием как экосистемной функцией и минимизации внешнего вмешательства. Эти дисциплины не бесполезны и остаются необходимыми, но их содержание и объём требуют пересмотра – либо интеграции в более крупные междисциплинарные модули, либо сокращения в пользу климатического моделирования, ГИС и социального проектирования.

Блок 4 – теория и методология – распределён неравномерно: «Ландшафтоведение» и «Урбоэкология» встречаются лишь в отдельных вузах (например, в ННГАСУ – Нижегородский государственный архитектурно-строительный университет, МАрхИ – Московский архитектурный институт (государственная академия), РУДН – Российский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы), тогда как история и теория представлены повсеместно. Однако и повсеместно представленные дисциплины «История садово-паркового искусства» и «Теория и методология проектирования» требуют пересмотра. Первая чаще всего остаётся обзором стилей, почти не затрагивая ландшафтные практики XX–XXI веков и их связь с социальными и экологическими вызовами. Вторая нередко сводится к формальной композиции, тогда как современная теория предполагает работу с экосистемными услугами, климатической устойчивостью, участием жителей и постиндустриальными территориями. Обе дисциплины нуждаются в обновлении содержания, чтобы теория и история перестали быть «фоновыми» курсами и стали инструментами профессионального мышления.

Блок 5 – урбанистика – наиболее силён в архитектурных вузах (МАрхИ, ННГАСУ), а в лесотехнических представлен преимущественно на базовом уровне.

Блок 6 – управление и право – чаще всего представлен в аграрных и лесотехнических университетах, тогда как в архитектурных программах соответствующие дисциплины почти не встречаются.

В результате широкий перечень дисциплин сам по себе ещё не показывает, какие компетенции в итоге получает выпускник и насколько содержание программы отвечает современным профессиональным задачам. Темы, связанные с новыми вызовами, появляются фрагментарно, а профессиональные компетенции – этика, коммуникация, переговоры – почти не выделяются как самостоятельная часть подготовки.

От учебных дисциплин к компетенциям: что должно измениться в подготовке ландшафтных архитекторов

Сам по себе перечень дисциплин ещё не показывает, какого специалиста формирует программа. Поэтому важно перейти от традиционной логики «какие курсы мы даём студенту» к другому вопросу: что он должен уметь к моменту выпуска и на разных этапах профессионального пути?

Российские и советские программы исторически описывались прежде всего через специальности и кафедры, перечни дисциплин и учебные планы. Сегодня нужен общий язык компетенций, понятный вузам, профессиональному сообществу и работодателям.

Учебный план традиционно выстраивается линейно: студент осваивает одну дисциплину и переходит к следующей. В реальном проекте ландшафтному архитектору приходится работать иначе. Он не может сначала решить вопрос с дренажом, а затем независимо от него подобрать ассортимент растений: решения взаимосвязаны, при этом исходные данные о почвах могут быть неполными или устаревшими, а бюджет – меняться в процессе работы.

Поэтому акцент смещается от воспроизведения отдельных знаний к их синтезу. Специалисту важно не только правильно применять известные методы, но и уметь формулировать проблемный вопрос: например, достаточно ли имеющихся данных, чтобы гарантировать приживаемость крупномеров на техногенном грунте.

Для такой оценки нужна система координат, которая показывает состав компетенций специалиста и уровень их освоения. Один из примеров такого подхода – рамка компетенций британского Landscape Institute.

Landscape Institute объединяет специалистов разных направлений, связанных с ландшафтом: ландшафтных архитекторов, урбанистов, проектировщиков, экологов, историков, инженеров, экспертов по садам и растениям. Несмотря на различия российского и британского профессионального и правового контекста, эта рамка интересна прежде всего как способ описания сложной междисциплинарной профессии.

Как устроена рамка компетенций Landscape Institute

В британской профессиональной традиции также существуют разные направления – садоводческое, архитектурное, планировочное и экологическое. Рамка Landscape Institute объединяет их через общий язык компетенций: профессиональные, ключевые и специализированные навыки; уровни их освоения – от понимания до экспертизы; сквозные темы климата, биоразнообразия и устойчивости.

Для российского образования важна не сама рамка Landscape Institute как образец для прямого копирования, а принцип такого построения системы. Сильные отечественные традиции – лесотехническую, архитектурную, географическую и экологическую – можно рассматривать через единую рамку компетенций, не отказываясь от собственного наследия.

Три категории компетенций: Professional, Core и Additional

Это не просто список тем, а многоуровневая структура, описывающая, чем должен владеть специалист на разных этапах карьеры – от выпускника до признанного эксперта. Рамка делится на три категории:

1. Professional (профессиональные) – навыки и знания, необходимые представителям многих специальностей и профессий. Например, этика, ответственность, проектный менеджмент, управление персоналом, коммуникация и переговоры, управление данными, цифровая практика и др.
2. Core (ключевые ландшафтные) – проектирование, планирование, управление, создание инклюзивной среды, творческое решение проблем, понимание ландшафта как системы и др.
3. Additional (дополнительные / специализированные) – узкие навыки, например идентификация растений, визуализация и фотосъёмка, управление водными ресурсами и почвами, сохранение и улучшение почв, работа с охраняемыми ландшафтами и территориями и др.

Четыре уровня освоения компетенций

Understanding – понимание того, как компетенция применяется на практике; Able – практический опыт её применения; Accomplished – уверенное систематическое применение, способность принимать решения и давать рекомендации; Expert – глубокие знания и значительный практический опыт, признанные профессиональным сообществом.

Требуемый набор и уровень компетенций зависят от статуса специалиста в Landscape Institute – Fellowship, Chartered Member или Technician. Например, Chartered Member должен подтвердить все основные ландшафтные компетенции и пять дополнительных – всего 16 компетенций.

Климат, устойчивость и биоразнообразие в рамке Landscape Institute

В начале стандарта говорится: «We have also sought to ensure that skills related to sustainability, climate, resilience and biodiversity are central to the work of landscape architects and related landscape professionals going forward» (стр. 2). То есть навыки, связанные с устойчивым развитием, климатом, жизнестойкостью и биоразнообразием, должны занимать центральное место в работе ландшафтных архитекторов и смежных специалистов.

Именно это отличает данный подход от большинства учебных программ и профессиональных требований. При этом Sustainability, Climate and Resilience – отдельная ключевая ландшафтная компетенция, которую необходимо подтвердить при вступлении в организацию. Другими словами, для членства в Landscape Institute необходимо подтвердить способность применять знания об устойчивости, климате и жизнестойкости в профессиональной практике.

На практике эта компетенция не существует изолированно, а встраивается в другие. Например, в Landscapes as systems требуется понимать и учитывать природные процессы – состояние почвы, воздуха, воды, углеродный цикл, экосистемы, а также роль антропогенного фактора. Проектировать, не понимая климатических рисков и не умея адаптировать ландшафт к изменениям, в этой логике невозможно.

Точно так же Healthy places и Quality of landscape немыслимы без учёта климатической устойчивости: здоровое место не может регулярно затапливаться или перегреваться.

Российская образовательная традиция и Landscape Institute: в чём различаются подходы

Если сопоставить позднесоветские и современные российские учебные планы с рамкой компетенций Landscape Institute, становится очевидно: речь идёт не о «хорошей» и «плохой» системах, а о двух разных способах описания профессии.

На чём строились советские программы подготовки

Возьмём в качестве примера линию «Лесное и садово-парковое хозяйство». Базой здесь служили лесотехнические вузы (Московский лесотехнический институт, Ленинградская лесотехническая академия и др.).

Типичный учебный план (по описаниям факультета ландшафтной архитектуры бывшего МЛТИ/МГУЛ и архивным программам) включал крупные блоки:

• Биолого-экологический фундамент: ботаника, дендрология, почвоведение, растениеводство, лесоводство, основы экологии, защита растений. 
• Инженерно-строительный блок: садово-парковое строительство, основы гидротехники, дренаж, дорожки и покрытия, малые архитектурные формы, эксплуатация зелёных насаждений. 
• Градостроительно-нормативная часть: основы градостроительства, нормы озеленения, санитарные требования, организация работ и экономика хозяйства. 

Это была очень «земная» программа в буквальном смысле: она учила работать с почвой и растениями, решать инженерные задачи, заниматься эксплуатацией. В этом её сила: выпускник хорошо понимал, как устроен живой материал и инфраструктура города, умел считать объёмы работ, ориентировался в нормах и снабжении. При этом в ней почти отсутствовали направления, которые сегодня считаются неотъемлемой частью профессии:

• ландшафт как социальное пространство, сценарии использования, поведение людей; 
• работа с конфликтами интересов, участие жителей, междисциплинарные процессы; 
• климатическая адаптация и устойчивость как сквозная рамка, а не просто «климатология» как один из курсов.

Архитектурные программы по ландшафтной архитектуре, формировавшиеся в МАрхИ в 1960–1970-е годы, дополняли эту картину с другой стороны – сильной композицией, формообразованием, включением садов и парков в структуру города. Но и они редко артикулировали компетенции в явном виде – речь шла о наборах дисциплин и мастерских, а не о структурированной карте навыков на разных этапах профессионального пути.

Landscape Institute подходит к тому же вопросу иначе – не от списка дисциплин, а от карты компетенций.

Рамку Landscape Institute можно описать через три измерения:

1. три категории компетенций – профессиональные, ключевые и специализированные;
2. четыре уровня их освоения – от понимания до экспертизы;
3. сквозные акценты – устойчивость, климат, жизнестойкость, биоразнообразие, а также профессиональные и коммуникативные навыки.

Что рамка Landscape Institute может дать российским образовательным программам

Основные различия между двумя подходами можно увидеть по трём параметрам: исходной единице описания профессии, сильным сторонам и существующим пробелам.

Сравнение российской образовательной традиции и рамки компетенций Landscape Institute. Таблица составлена автором на основе анализа российских образовательных программ и рамки компетенций Landscape Institute.

Сила российской традиции – в глубокой предметной базе. Сегодня важно научиться переводить её на язык компетенций, понятный архитекторам и работодателям.

Британский пример помогает нам переосмыслить собственное наследие. Советские программы заложили мощный фундамент в нескольких областях – дендрологии, инженерии, архитектуре и ландшафтоведении. Задача сегодня – не обнулять этот опыт, а чётко определить: 

1. какие компетенции уже обеспечиваются за счёт этих традиций; 
2. каких компетенций не хватало (например, системное видение городской среды, работа с людьми, климатическая адаптация, управление сложными проектами); 
3. как собрать всё это в рамку, сопоставимую по степени прозрачности с подходом Landscape Institute, но укоренённую в нашей географии и реальной практике.

Программа СПбГЛТУ и Landscape Institute: что показывает сопоставление компетенций

Чтобы увидеть разницу подходов на практике, сопоставим отдельные компетенции Landscape Institute с дисциплинами программы бакалавриата СПбГЛТУ по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».

Сопоставление отдельных компетенций Landscape Institute с дисциплинами программы бакалавриата СПбГЛТУ по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура». Таблица составлена автором по материалам Landscape Institute и учебному плану СПбГЛТУ.

Какие компетенции представлены в программе, а какие требуют усиления

Такое сопоставление позволяет увидеть, насколько явно в программе представлены все три категории компетенций – специализированные (Additional), ключевые ландшафтные (Core) и профессиональные (Professional).

При сопоставлении программы СПбГЛТУ с рамкой LI отдельные профессиональные и ключевые компетенции оказываются представлены слабо или не выделены в явном виде:

1. Профессиональные компетенции (Professional) – этика, ответственность, проектный менеджмент, управление персоналом, коммуникация и переговоры, управление данными, цифровая практика. В советской и российской образовательной традиции эти навыки не выделялись в отдельные блоки и осваивались скорее «на практике».
2. Ключевые ландшафтные компетенции (Core) – в частности:
   • healthy places (создание инклюзивной среды, работа с пользовательским опытом);
   • quality of landscape (эстетика и функциональность в единстве с устойчивостью);
   • работа с конфликтами интересов и участие жителей;
   • планирование, соответствие правовым, политическим и нормативным требованиям;
   • качество ландшафта (мероприятия, учитывающие его функциональность и индивидуальность для максимально эффективного использования ресурсов).
3. Сквозной вектор устойчивости и климата. В российской программе климатическая повестка, если и появляется, то чаще как факультатив или отдельная дисциплина.
4. Уровни зрелости. В рамке LI компетенции описываются по уровням освоения – от понимания (Understanding) до практического применения (Able) и далее. Российские учебные планы такую градацию не предусматривают.

Если рассматривать программу СПбГЛТУ через рамку компетенций LI, можно выделить несколько направлений её развития:

1. перейти от описания программы через перечень дисциплин к описанию через карту компетенций;
2. встроить профессиональные навыки (коммуникация, управление, этика) в каждый курс, а не оставлять их «за скобками»;
3. сделать климатическую адаптацию и устойчивость сквозной линией, проходящей через все проектные работы и дисциплины;
4. добавить модули по работе с сообществами, участию жителей в проектировании и его социальным аспектам;
5. разработать систему оценки, фиксирующую не только знание предмета, но и уровень освоения каждой компетенции.

Семь шагов к системе компетенций в образовании ландшафтных архитекторов

1. Начать с профессионального стандарта: использовать возможности его актуализации. В России уже существует профессиональный стандарт 10.010 «Ландшафтный архитектор», утверждённый приказом Минтруда от 29 января 2019 года № 48н. Он описывает основные обобщённые трудовые функции: выполнение предпроектных и изыскательских работ, разработку проектной документации, строительство и содержание объектов ландшафтной архитектуры. Однако стандарт был разработан до того, как климатическая повестка, экосистемные услуги, социальное проектирование и работа с данными стали обязательными слоями профессии. Именно поэтому в 2024 году Комитет по архитектуре и градостроительству НОПРИЗ запланировал актуализацию профессиональных стандартов «Архитектор», «Ландшафтный архитектор», «Архитектор-реставратор» и «Архитектор-дизайнер». В обновлённые стандарты планируется включить компетенции, необходимые для решения задач Стратегии 2030. В ноябре 2025 года комитет уже одобрил актуализированную редакцию профстандарта «Архитектор» и обсуждал развитие процедуры независимой оценки квалификации по профстандарту «Ландшафтный архитектор». Это открывает окно возможностей: именно сейчас можно и нужно дополнить стандарт теми компетенциями, которые мы обсуждаем в этой статье. Работа над обновлением профстандарта – реальный процесс, в котором профессиональное сообщество может и должно участвовать. Предложенные ниже шаги – практическая дорожная карта для такого участия.
2. Составить для каждой программы карту выпускных компетенций и сопоставить с ней действующие дисциплины: определить, какие компетенции формируются системно, какие – частично, а какие остаются вне программы.
3. Встроить географическое и ландшафтное мышление в проектные задания архитектурных и лесотехнических программ, чтобы анализ процессов территории становился частью проектирования, а не отдельным теоретическим блоком: не отдельный курс «Ландшафтоведение», а процессное мышление в студиях и проектах.
4. Вводить сквозную повестку климатической адаптации и устойчивости. Климат, вода и биоразнообразие – не отдельная дисциплина, а обязательный слой каждого проекта.
5. Добавлять социальное и управленческое измерение: работу с заказчиком и жителями, вопросы эксплуатации и стоимости жизненного цикла объектов.
6. Синхронизировать ожидания академической среды и рынка через язык компетенций: чётко описать, что умеют «младший специалист», «ведущий», «эксперт» и как перейти от одного уровня к другому.
7. Развивать управленческие и междисциплинарные компетенции: координацию команд, общий язык с инженерами, экологами и географами, понимание жизненного цикла объекта.

Эти шаги не требуют отказа от сложившихся образовательных традиций. Задача – увидеть за дисциплинами компетенции и объединить сильные стороны лесотехнической, архитектурной и географической школ в едином профессиональном профиле.

Другой реальный пример того, с чего можно начать на практике, кроме обновления стандарта, – всероссийские конкурсы для ландшафтных архитекторов. Например, конкурс Setl Group для студентов-архитекторов: застройщик проводит конкурсы по ландшафтной архитектуре общественных пространств, в рамках которых студенты разрабатывают реальные проекты благоустройства для строящихся жилых комплексов. Критерии оценки включают не только композиционную целостность, но и безопасность, комфорт и инклюзивность пространства. Важно, что студентов приглашают на экскурсии на стройку, где они могут задать инженерам вопросы о стадиях проектирования и строительства. Но, возвращаясь к теме статьи, в состав жюри можно приглашать широкий круг специалистов, чтобы сделать оценку и сам подход действительно комплексными.

Классическое ландшафтоведение и современная повестка устойчивости при этом могут стать частью профессионального мышления ландшафтного архитектора, не превращая его в специалиста другой профессии.

Предложенный взгляд на историю и современное состояние профессионального образования, безусловно, не исчерпывает тему. Разные образовательные школы и профессиональные сообщества могут по-разному видеть состав ключевых компетенций и пути их формирования. «Экоурбанист» открыт к продолжению этого разговора и готов рассмотреть материалы, развивающие профессиональную дискуссию. Если вы хотите дополнить дискуссию своей профессиональной позицией или опытом – напишите нам.

Блиц с ИИ: частые вопросы об образовании ландшафтных архитекторов

Краткие вопросы и ответы подготовлены с использованием генеративной модели искусственного интеллекта на основе материалов статьи. Перед публикацией текст прошёл редакционную проверку, фактчекинг и содержательную доработку. Ответственность за точность формулировок и достоверность представленной информации несёт редакция журнала.

Какие компетенции нужны современному ландшафтному архитектору?

Помимо проектирования и работы с растениями, современному ландшафтному архитектору нужны знания о природных процессах, климатических рисках и городской среде, а также навыки коммуникации, управления проектами и взаимодействия с разными специалистами и жителями. Важна способность объединять эти знания при решении одной проектной задачи.

Чем система компетенций отличается от обычного учебного плана?

Учебный план показывает, какие дисциплины изучает студент. Рамка компетенций отвечает на другой вопрос: что специалист должен знать и уметь и на каком уровне он способен применять эти знания на практике. Поэтому один и тот же набор дисциплин ещё не гарантирует формирования целостного профессионального профиля.

Что российское образование может взять из рамки Landscape Institute?

Прежде всего сам принцип организации подготовки вокруг компетенций и уровней их освоения. Речь не о копировании британской модели, а о возможности связать сильные стороны отечественных лесотехнической, архитектурной и географической традиций в более прозрачную систему профессиональной подготовки.

Почему ландшафтоведение важно для подготовки ландшафтного архитектора?

Ландшафтоведение помогает рассматривать территорию как систему взаимосвязанных процессов – рельефа, воды, почв, экосистем и антропогенного воздействия. Такое мышление особенно важно при работе с климатическими рисками и устойчивостью городской среды, потому что проектные решения приходится оценивать с учётом их долгосрочных последствий.

Источники

1. Мытищинский филиал МГТУ им. Н. Э. Баумана. История кафедры ЛТ6 «Ландшафтная архитектура и садово-парковое строительство».
2. Московский архитектурный институт (МАРХИ). История института.
3. Кафедра физической географии и ландшафтоведения географического факультета МГУ. История кафедры и ландшафтно-географической школы Московского университета.
4. Санкт-Петербургский государственный университет. Кафедра физической географии и ландшафтного планирования.
5. Воронежский государственный университет. Факультет географии, геоэкологии и туризма.
6. Институт географии им. В. Б. Сочавы СО РАН. Учение о геосистемах и сибирская ландшафтно-географическая школа.
7. Дьяконов К. Н., Дончева А. В. Экологическое проектирование и экспертиза: учебник для вузов. М.: Аспект Пресс, 2002. 384 с.
8. Минобрнауки России. ФГОС ВО – бакалавриат по направлению подготовки 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
9. Минобрнауки России. ФГОС ВО – магистратура по направлению подготовки 35.04.09 «Ландшафтная архитектура».
10. СПбГЛТУ. Учебный план по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
11. ВГЛТУ. Учебный план по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
12. РГАУ-МСХА. Основная профессиональная образовательная программа высшего образования по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
13. КГАУ. Учебный план по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
14. ННГАСУ. Рабочие программы дисциплин по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
15. МАРХИ. Изучаемые дисциплины на кафедре ландшафтной архитектуры.
16. АТИ РУДН. Учебный план по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
17. БГИТУ. Аннотации рабочих программ по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
18. АГАТУ. Учебный план по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
19. МГУТУ. Учебный план по направлению 35.03.10 «Ландшафтная архитектура».
20. Landscape Institute. Entry Standards Competency Framework. December 2020.
21. Минтруд России. Профессиональный стандарт 10.010 «Ландшафтный архитектор», утверждённый приказом Минтруда России от 29 января 2019 года № 48н.
22. НОПРИЗ. Актуализация профессиональных стандартов «Архитектор», «Ландшафтный архитектор», «Архитектор-реставратор» и «Архитектор-дизайнер».
23. НОПРИЗ. Заседание Комитета по архитектуре и градостроительству в ноябре 2025 года.
24. Школа дизайна НИУ ВШЭ. Конкурс Setl Group для студентов-архитекторов.

Главное изображение (обложка) создано редакцией с использованием ИИ. Над материалом работала Мария Сидоренко.