Олег Яницкий: экология самого себя

Автор: Пётр Иванов

Автор: Пётр Иванов

В истории российской мысли случилось так, что такое масштабное направление научной мысли, как инвайронментальная социология,  представлена удручающе мало. В то время как на Западе отношениями человека и природы занимались сотни учёных, в нашей стране их можно посчитать по пальцам. Ключевым исследователем среди них можно назвать Олега Яницкого.

Олег Яницкий пришёл в инвайронментальную социологию не сразу. Сперва он был архитектором и даже защитил кандидатскую диссертацию по этому направлению. Однако довольно рано в поле его интереса попала социология города. Изучение трудов Чикагской школы социологии привело исследователя к теме, которую можно назвать «городская экология».

Для чикагцев важным предтечей этого направления был Чарльз Дарвин и его эволюционный подход, развивая который они говорили о конкуренции и кооперации в отношениях человека с человеком и со средой обитания. Этот залог мышления об обществе хорошо сочетался с российской традицией естествоиспытателей XIX века, которые также выстраивали свои взгляды в русле теории эволюции.

От архитектора к социологу

Дрейф архитектора Яницкого в сторону социальных наук продолжился в рамках проекта «Экополис». Это был проект учёных-естественников, коллектив которых изначально формировался вокруг размышления о Пущино − наукограде в 120 км от Москвы. Город Пущино был построен как образцовый советский наукоград, гуманно встроенный в окружающий ландшафт и обеспечивавший контакт человека и природы в городской среде. Участники проекта «Экополис» рассматривали его как модельный город для совершенствования других городов СССР.

В каком-то смысле Олегу Яницкому повезло: он был допущен до контактов с иностранцами как внутри СССР, так и на выездных конференциях в Европе. Общение с такими выдающимися исследователями общественных движений, как, например, Мануэль Кастельс, привело к мыслям о том, что историю отношений человека и природы можно рассматривать через призму ассоциаций, которые эти отношения рефлексировали и пытались трансформировать.

Возрождение экологического движения

Предперестроечные времена в СССР характеризовались постепенным ослаблением контроля над общественными объединениями. Постепенно возрождалось краеведение, всё большую роль начинало играть Всесоюзное общество охраны памятников истории и культуры. Вместе с этим поднималось и экологическое движение. Последнее попало в активный исследовательский фокус Яницкого, уже состоявшегося специалиста по инвайронментальной социологии.

Экология царской России

Изучение предпосылок и динамики природоохранного движения в России стало главным исследовательским фокусом Яницкого. Он вёл историю этого движения от охранительных идей естествоиспытателей-заповедников, которые в конце XIX −  начале XX века ещё в царской России отстаивали идею создания особо охраняемых природных территорий для сохранения характерных для нашей страны ландшафтов и биомов.

Вместе с тем заповедники и примкнувшие к ним представители разного толка анархистов и социалистов пытались в тот период привить на российскую почву идею городов-садов Эбинейзера Говарда, вдохновлённую предложениями философа Петра Кропоткина. Однако реализации этих мыслей помешала Великая октябрьская революция и последовавшая за ней Гражданская война.

Контрасты первой половины XX века

Как отмечает Яницкий, период между гражданской войной и сталинской эпохой был временем расцвета движений, работающих с человеческой средой обитания. Большевики издавали природоохранные эдикты, создавали заповедники, через инфраструктуру наркомата просвещения по всей стране популяризировалось экологическое знание и экологические практики. Видные государственные деятели, от Анатолия Луначарского до Надежды Крупской, участвовали в публичной дискуссии о дезурбанизации и создании близкой к природе системе расселения в новой стране.

Сталинский период характеризовался гонениями на дезурбанистов и краеведов и сворачиванием публичной дискуссии об общем благе. Возобладал индустриальный принцип хозяйствования, подразумевавший максимальную эксплуатацию природных ресурсов. Этот принцип хозяйствования рассматривал природу исключительно как источник ресурсов. Чего стоил только один план Сталина по преобразованию природы?! Идеям охраны природы в эту эпоху места не было.

Поворот к среде

В относительно спокойное время застоя начали прорастать, казалось бы, забытые в первой половине XX века движения. Как пишет Яницкий, они строились на том, что советский человек не мог с помощью политического волеизъявления радикально поменять политическую систему, но мог менять среду вокруг себя. В немалой степени этому способствовал высокий уровень среднего и высшего образования в стране. Через образовательные инфраструктуры СССР распространялись идеи заботы о локальной природе, истории и культуре.

По мнению Яницкого, базовым условием для поворота человека к среде его обитания является самоидентификация. Через поиск ответов на вопрос «Кто я?» человек приходит к ценности ландшафта, биома, истории, причём как в коллективном залоге, так и в залоге персональной биографии. Из этого вытекает идея этичного отношения к своей среде обитания. В том числе в логике того, что дети и внуки должны унаследовать эту среду, как формирующую их структуру.

Время выбора

Эпоха перестройки для Олега Яницкого стала своеобразной точкой бифуркации. Он пишет в автобиографии «Досье инвайронменталиста», что выбор был даже не один. Первый − выбор между тем, чтобы эмигрировать с целью международной карьеры исследователя, и тем, чтобы остаться в СССР и продолжить изучать возрождающиеся природоохранные движения. Второй − выбор между тем, чтобы, как многие его коллеги, увлечься нарождающейся большой политикой мирового масштаба, и тем, чтобы сохранить локальный масштаб своих интересов.

Яницкий решил остаться и не идти в большую политику. При этом его отношения с изучаемыми им движениями стали трансформироваться. Чем сильнее становились локальные экологические движения, чем больше у них было успешных кейсов защиты природы (например, защита Байкала от целлюлозно-бумажного комбината), тем меньше Яницкий видел в них сугубо объекты исследования. Он из академического исследователя становился партнером, консультантом, помощником этих движений.

Мобилизационное исследование

Работая с экологическими движениями по всей стране, Олег Яницкий сформулировал особый подход к исследованиям. Он назвал его «мобилизационным исследованием», которое, вслед за французским социальным философом Бруно Латуром, считал даже больше расследованием, нежели исследованием. Мобилизационное исследование возникает тогда, когда изучаемый процесс только начинает разворачиваться. Оно выстраивает хронологию процесса, документирует позиции участников и с неизбежностью является ангажированным. Результаты мобилизационного исследования должны обогащать понимание и практику экологических движений.

Наиболее известным в международной науке исследованием Яницкого такого рода было изучение района Лефортово. В своей работе он показывает, каким образом жители Лефортово смогли выстроить систему общественных отношений, которая ценность природного ландшафта Лефортово и сложившейся застроенной среды вывела в качество собственной. За счёт этого жители смогли убедить градостроителей и политиков принять решение в пользу строительства дорогостоящего Лефортовского тоннеля, вместо того, чтобы вести магистраль через район.

Последние годы

До самой смерти в 2020 году Олег Яницкий документировал историю экологических движений в России. Его взгляд на события последних лет был скорее пессимистический. Начало XXI века в этой истории он видел как некоторую поляризацию − с одной стороны сформировались глобальные транснациональные экологические движения, наделённые огромными ресурсами. С другой стороны − локальные экологические движения растеряли своё влияние на городские политические режимы. В том числе в результате распада этих режимов под действием централизации управления в стране.

Несмотря на подвижки в глобальном масштабе, вроде принятия норм корпоративной социальной ответственности и прочих регулирующих деятельность крупного капитала документов, нарушение среды на локальном уровне (как, например, массовая вырубка сибирских лесов и организация нелегальных свалок вокруг городов центральной России) не получает необходимого освещения. Движения, выступающие против нарушений, не имеют достаточно ресурсов для решения проблем.

Локальное и глобальное

При этом, по мнению Яницкого, невозможно решать экологические проблемы как таковые. В его понимании экологические проблемы решаются в рамках действия города как средоточия социально-экологического метаболизма. В ходе этого метаболизма несоциальный субстрат природного конвертируется в социальный, становится объектом социальных отношений. А это уже то, что может регулироваться на уровне природоохранных движений.

Но что немаловажно − необходимо решать проблемы на локальном уровне за счёт деятельности местных движений, которые выступают в защиту своей экосистемы. За счёт локальной политики, которая реагирует на локальные экономические движения. К сожалению, транснациональные экологические движения не в силах справиться с локальными проблемами. Это своего рода принцип экологической субсидиарности.

Экология самого себя

Неоднозначной для Олега Яницкого была роль науки. В его понимании чистая сциентистская наука − это не только источник способов, как нам улучшить свою жизнь, но и генератор новых рисков. Он говорил о важности того, чтобы помимо глобальной, сконцентрированной на чистом знании науки, существовала локальная наука, задачей которой является поиск и предъявления локального знания и ценностей исторического и экологического свойства.

Важность локального проходит лейтмотивом через все работы Яницкого. Любая деятельность начинается с самоидентификации. А значит, первым делом нужно изучить собственную историю, экологию самого себя, с тем, чтобы понять мотивы и побуждения своих интересов и действий. Эта рефлексивная операция − залог мобилизации ресурса на успешную трансформацию или сохранение среды.

Наследие

Олег Яницкий был известен на Западе и много печатался в России, но последователей, которые бы подхватили его работу, оказалось не так много. Одних своих учеников он пережил, другие стали развивать свои смежные темы, в большей степени связанные с городами, общественными движениями, экологией. Значительная часть его наследия − десятки экологических движений по всей стране, которые он консультировал. Пограничное расположение трудов Олега Яницкого обеспечило ему уникальный статус в истории российской мысли, позволяющий оценить их важность изнутри самых разных дисциплин и практик.

Возможно вам будет интересно

Редакция не несет ответственности за полноту содержания и достоверность информации, приводимой авторами. При перепечатке материалов ссылка на журнал «Экоурбанист» обязательна.  @2023 — Все права защищены. Выпускается и поддерживается Гильдия Ландшафтных Инженеров (Гильдия ЛАИН) и Smart Urban Nature(SUNLAB).  АССОЦИАЦИЯ ГИЛЬДИЯ ЛАНДШАФТНЫХ ИНЖЕНЕРОВ | ИНН 7716942510 | ОГРН 1197700015370